Хирург-онколог Буян Идам-Сюрюн: люблю ездить по уникальным уголкам родной республики

Кажется, у врача хирурга-онколога Буяна Ивановича Идам-Сюрюн просто не было шансов выбрать какую-то другую профессию. Еще малышом он вместе с братьями строил различные сооружения из медицинских книг, которых дома было множество, листал их и разглядывал иллюстрации. Нюю библиотеку медицинской литературы собирала мама, врач участковый терапевт Валентина Васильевна Идам-Сюрюн. Люди могли прийти к ней прямо домой за консультацией врача, могли и ночью постучать в окно и позвать ее в больницу, оставив на окне следы крови от каких-либо травм. Она практически всю свою трудовую жизнь работала в старом деревянном здании Кызыл-Мажалыкской поликлиники. Сегодня Буян Иванович, уже сам врач с богатым опытом, удивляется рассказам матери: как врач-терапевт, проверив, например, глубину раны пальцем, могла сама зашить ее, направляла к хирургу в г. Ак-Довурак, только если рана проникала в брюшную или плевральную полость. «Даже не верится, – восхищается доктор, — неужели квалификация врачей в то время была настолько высока!».

Бабушка с дедушкой, у которых будущий доктор проводил школьные каникулы, часто просили помочь в лечении скота – обрабатывать раны после стрижки баранов, мастерить иммобилизационную шину  из деревянных досок для наложения на сломанную ногу животного. В первое время те еле ковыляли позади отары, но уже через месяц были здоровы и можно было снимать шину.

Кто хоть немного знаком с бытом животноводов знает, что в случае падежа животных мясо не годно в пищу, но выкидывать ценную шкуру недопустимо. В таких случаях бабушка просила уже подросшего внука снять шкуру и исследовать причину падежа, что тоже всегда очень важно для предотвращения дальнейших потерь. Мальчик тщательно осматривал внутренние органы, изучал анатомию, пытаясь определить причину смерти животного. Понятно, что установить ее получалось не всегда – не хватало специальных знаний. Однажды он даже вскрыл череп, чтобы увидеть состояние мозга ягненка, пропавшего от менингита.

Буян Иванович впервые взял в руки скальпель в шесть лет, что стало еще одним и, пожалуй, самым ярким показателем  предопределенности его будущей профессии: мама заметила способность сына к вырезанию из дерева и отвела его в художественную школу, выделив скальпель в качестве рабочего инструмента. Следы от порезов скальпелем во время работы с корой дерева и агальмоталитом до сих пор можно заметить на руках хирурга.  «Учитель Майны посыпал рану от порезов пыльцой агальматолита, от чего она переставала кровоточить», — вспоминает Буян Иванович.

Болезнь близких родственников, их мучения и продиктованные этим обстоятельством просьбы стать врачом, безусловно, были сильнейшим стимулом в выборе профессии врача-хирурга. Годы учебы пришлись на тяжелый постперестроечный период, поэтому помогали всем родом – кто продукты отправлял, кто деньги, кто подвозил до Абакана. Запомнилось, что даже мамин коллектив Бай-Тайгинской больницы собирал деньги для студента.

Буян Иванович с супругой закончили Алтайский государственный медицинский университет. Во время студенчества родился сын Кудер. Сегодня он служит в Армии и собирается стать юристом. Супруга Азиймаа Момбужаевна трудится в Перинатальном центре акушером-гинекологом. Дочь – выпускница Республиканского лицея. Быть врачом не стремится – не хочет, чтобы ее дети, как она с братом, сутками оставались дома одни во время дежурств родителей.

Иван Сааяевич Идам-Сюрюн, отец Буяна Ивановича, хотел, чтобы сын стал моге. Кормил мясом, как умел, воспитывал в нем дух борца. Часто брал с собой на охоту, но сам особо не старался добыть дичь: сварит чай и сидит у костра, а сына отправляет посмотреть то в одну сторону тайги, то в другую. Зимой спали под открытым небом, поворачиваясь к костру то спиной, то передом. Борцом Буян Иванович так и не стал, хотя и участвовал в турнирах, но привитый отцом борцовский дух помогает преодолевать трудности, с которыми чаще, конечно, он встречается по работе.  Работал отец на руководящих должностях в Барун-Хемчикском и Бай-Тайгинском районах.

Работа хирурга-онколога, действительно, непроста. Нагрузка колоссальна. Онкохирургия сравнима с миссией сапера. При удалении раковой опухоли важно не нарушить его целостность. Для этого требуется предварительно перевязать все вены, если случайно оставить часть опухоли, многочасовые старания в операционной могут не дать результата, который в свою очередь оценивается по показателю пятилетней выживаемости.

«Случайная встреча с больным, которого ты когда-то оперировал и осознание, что ты сумел продлить ему жизнь, вдохновляет», — делится Буян Иванович. Но бывают и потери. Статистика показывает высокую одногодичную смертность онкопациентов. Случаи смерти пациента ложатся тяжким грузом на сердце врача. После каждой смерти он идет, чтобы присутствовать на вскрытии и получить возможность еще раз проанализировать причину смерти, понять, все ли сделал для спасения больного. После получения результатов вскрытия проводится так называемый разбор случая смерти. Это нужно для недопущения повторения ошибок, если таковые были или изучить возможности выбора альтернативной тактики лечения.

«Врач всегда выкладывается, чтобы сделать все, что в его силах», — говорит Буян Иванович. Лет несколько назад в его практике был случай, когда после операции на одной из почек, отказала и другая почка. Пациент впал в кому, его жизнь поддерживали при помощи аппарата ИВЛ и гемодиализа. Было 31 декабря, но доктор еще и еще раз прокручивал в голове возможные варианты спасения пациента – есть салат не хотелось, сосредоточиться на просмотре «Иронии судьбы» не удавалось. Озарение пришло в 5 часов утра 1 января – надо провести трахеостому. Обдумав план действий, в 6 утра он позвонил операционной сестре, попросил все подготовить. В диспансер приехал на своей машине, погрузили хирургические инструменты  и провели операцию в медучреждении, где проводился гемодиализ. Человек стал самостоятельно дышать и пришел в сознание, восстановилось функция оставшейся единственной почки. Сегодня пациент время от времени встречается, вдохновляя доктора тем, что просто живет и радуется.

Расстраивает нарастающее неуважение к медперсоналу в обществе. Врачу перед операцией надо поработать с пациентом, подготовить морально, убедить в успешности исхода, завоевать его доверие. Работать приходится и с родственниками больного, которые все чаще всего приходят агрессивно настроенные и хотят «разобраться», требуют отчитаться перед ним по всем пунктам — что он сделал для спасения больного. Но где-то в душе сидит вера, что однажды люди по-другому начнут относиться к труду медицинского работника.

Стать именно онкохирургом Буян Иванович не планировал. Начитавшись книг Федора Углова из домашней библиотеки, он видел себя специалистом по экстренной хирургии. Интернатуру после окончания медуниверситета прошел в Ресбольнице №1, прошел обучение в отделениях нейрохирургии, ожоговом отделении, общей хирургии… После интернатуры направили в родной Барун-Хемчикский кожуун, где работал 9 лет. В Онкодиспансере трудится с 2011 года, для чего пришлось пройти специальное обучение и получить сертификат онколога. За все годы работы пришло понимание, что жизнь больного зависит не только от врача и его квалификации. Есть что-то еще – высшие силы, внутренний настрой больного, а скорее всего и то, и другое. Поэтому в последнее время дата операции обсуждается с больным и его родственниками.

Был в практике Буяна Ивановича поразительный пример жизнелюбия еще в бытность работы в Барун-Хемчикском кожууне. Привезли женщину с ножевым ранением с проникновением в сердце. На крыльце больницы сердце женщины перестало биться. Реакция хирурга была молниеносной – без подготовки, без обработки рук и инструментов и без наркоза вскрыл мешочек сердца, пальцем зажал рану, остановив тем самым кровотечение, зашил и стал делать прямой массаж сердца, зажимая и разжимая его в кулаке. Пациент вернулся к жизни. Но самое удивительное случилось позже.

За семь дней пребывания пациентки в больнице рана стала гноиться, что было естественно, учитывая условия проведения операции. В открытую рану просматривались легкие. Несмотря на все уговоры врача, она написала отказ от пребывания в стационаре и выписалась, объяснив свой поступок тем, что дома ее ждет грудной ребенок.

Был и другой случай, когда не помогали никакие меры, а у пациента восстановилась сердечная деятельность уже после того, как измотанный врач  уже был уверен в своем бессилии, но продолжал проводить непрямой массаж сердца более 30 минут. Как тут не поверить, что есть что-то или кто-то еще, определяющий линию жизни человека? Очевидно, что этим что-то в первую очередь является вера самого человека в выздоровление. Именно поэтому Буян Иванович в каждом случае использует все силы, знания, если хотите фантазию, чтобы сделать все, что зависит от него и помочь человеку выкарабкаться.  Если не получается вылечить, надо сделать все, чтобы продлить ему жизнь, если и это не удается, то хотя бы облегчить его страдания.

Реанимация пациента при критических состояниях зависит не только от личных убеждений врача, его моральных качеств или, как многие думают, личного отношения к пациенту или к его родственникам. Есть порядок оказания медицинской помощи, утвержденный Минздравом России. Обязателен для исполнения каждый его пункт. Даже если врач видит бесполезность манипуляций, написано в течение 30 минут выполнять реанимационные действия, значит нужно выполнять.

Теплится в сердце Буяна Ивановича чувство удовлетворения за заметное развитие онкологической службы республики. Благодаря национальному проекту «Здравоохранение», политике федерального руководства удалось закупить аппараты лучевого лечения, диагностическое и лабораторное оборудование. Радуется, что внес и свою лепту в трудоемкую работу по защите средств на закупку необходимого оборудования, принимал участие в кропотливой работе по демонтажу старых лучевых аппаратов с соблюдением радиационной безопасности, а затем и подготовке площадки для установки нового оборудования, находясь на посту заместителя главного врача Онкодиспансера. Сегодня пациенты диспансера могут, не выезжая далеко за пределы республики получить качественную медицинскую помощь.

Отдыхать Буян Иванович любит на природе, походить по таежному ландшафту, посмотреть в бинокль игру красивых животных, на то, как они ухаживают за своими детенышами. Мечтает объездить родную республику, увидеть редкие места. Путешествовать за пределы республики любят супруга и дочь. Помогает расслабиться и отвлечься от работы и спорт. «Заметил, что предпочтения с годами меняются, — делится Буян Иванович. – Раньше, как я уже говорил, занимался тувинской борьбой хуреш, в последнее время мне все ближе волейбол, люблю смотреть трансляции соревнований по волейболу, когда есть возможность, играю и сам. Получаю удовольствие от катания на лыжах».

Запись опубликована в рубрике Uncategorized. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *